: архив : архив журнала "625" : 2003 : #01

Самоорганизация СМИ: прожекты или реалии?
Леонид Чирков

Индустриальный комитет СМИ России создан летом 2002 г. и уже эффективно действует. Хроника такова. На собрании правления HAT 21 мая 2002 г. Э. Сагалаев объявляет, что через четыре педели, а именно 17 июня, предстоит созвать и провести Индустриальную конференцию СМИ. Большинство членов собрания и его гостей восприняло сроки созыва конференции как нереальные. И все же Индустриальная конференция СМИ открывается 19 июня 2002 г. На следующий день конференция среди многих важных решений принимает постановление о создании Индустриального комитета СМИ. На все требуемые действия отводилось около месяца. Время не ждет, посчитала конференция.

В инициативную группу лиц, которой конференция поручила создать Индустриальный комитет СМИ, вошли руководители 12 соорганизаторов конференции. Вот они: Национальная ассоциация телерадиовещателей (HAT); "Интерньюс"; Фонд развития телерадиовещания, электронных СМИ и Интернет-технологий (Фонд Э. Сагалаева); Гильдия издателей периодической печати; Институт развития прессы; Национальная ассоциация издателей (НАИ); Фонд радио (ФНР); Союз журналистов России; Союз издателей России; Общероссийская общественная организация работников СМИ (Медиа Союз); Медиа-комитет; Министерство РФ по делам печати, телерадиовещания и телекоммуникаций.

История Индустриального комитета СМИ России коротка, но уже насыщена драматическими событиями. В конце октября страна пережила массовый захват заложников в театральном центре на Дубровке в Москве. События привлекли внимание мировой общественности, а работа электронных СМИ и отдельных журналистов при освещении событий подверглась самой суровой критике, в целом справедливой. В Государственной думе России депутатский популизм вылился в скороспелые поправки к законам "О СМИ", "О терроризме". Поспешил отчитаться перед высшей исполнительной властью и Совет федерации, который лишь при одном голосе "против" утвердил поправки к законам, хотя их аморфность и юридическая несостоятельность уже были подвергнуты уничижительной критике. Президент России наложил вето, о чем впервые официально сообщил на встрече с членами Индустриального комитета СМИ. С этого момента и с поручений Президента началась планомерная и серьезная работа над поправками и новой редакцией закона "О СМИ", равноправными участниками которой стали обе законодательные палаты России, российские министерства и полномочный представитель СМИ - Индустриальный комитет. Но все это также показало, что на арене общественно-политической жизни страны произошли серьезные изменения. Индустрия СМИ и ее общественный орган - Индустриальный комитет, теперь уже официально признанные факторами влияния, должны разобраться в ситуации и найти оптимальные решения, адекватные новым условиям.

Историю развития средств массовой информации демократической России можно разбить на несколько этапов. Судьбы СМИ неотделимы от 70 лет тотального контроля любых средств информации Тяжелая тень тех лет и сегодня ложится на печатные и электронные СМИ России. Крах тоталитаризма, начавшийся с развала СССР, освободил отечественные СМИ от ограничивающих пут - цензуры, в частности. Этим было положено начало первому романтическому этапу, когда свобода слова правила бал и для многих ассимилировалась со вседозволенностью. В СССР действовало более 120 телерадиокомпаний, и все они были государственными. Их финансирование проводилось через бюджет страны. В демократической России осталось 89 таких компаний, они продолжают работать и сейчас. Внезапный переход от тоталитарного прошлого к почти не сдерживаемой законами свободе в отрасли СМИ запустил цепную реакцию практически бесконтрольного создания многочисленных газет, журналов, радиостанций и телекомпаний, число которых быстро перешло рубеж 2000.

И этот процесс был далеко не безобидной шалостью освобожденного Слова. Неконтролируемые и агрессивные новые СМИ были опасны и тем, что их финансирование часто осуществлялось из сомнительных источников. Нередко информационные новообразования становились удобным средством отмывания денег и инструментом политических игр. К перу, микрофонам, камерам пробивались не самые образованные, не самые интеллигентные, не самые честные и нравственные.

Резко упала планка требований к творческому и техническому персоналу СМИ. В среду СМИ проник анархичный стиль жизни, поведения и работы. Последствия мы переживаем и сегодня.

Постоянные трения между прессой и депутатским корпусом начались именно тогда с неэтичного поведения и высказываний за гранью оскорблений, которыми бравировали и журналисты новой волны, и депутаты, во многом не подготовленные к высокой миссии. В 1996 г. на полную мощь были запущены технологии черного пиара. СМИ активно ввязались в информационную драку во время избирательной кампании. В средствах не стеснялись. В избирательных кампаниях конца 1999 г. и весны 2000 г. вновь в ход пошли оскорбительные высказывания, откровенная клевета, слухи, компромат и т.п. Не оказалось стеснительных и во время "разборок" вокруг "Медиа-моста" и ТВ-б. Все это жестоко отразилось, в частности, на доверии народа к прессе, на характере отношений СМИ с центральной и региональной властями. "Черным" для страны и ее СМИ стал август 1998 г. Слабая экономическая база была окончательно подорвана кризисом. И только к 2002 г. стало ясно, что отечественные СМИ, в основном, оправились от последствий финансового краха, их развитие и экономика стали стабильными. Вот почему прошедший год стал ключевым для самоорганизации индустрии СМИ. Этому способствовала также политическая стабильность в стране. Менее напряженными стали отношения между прессой и законодательной властью, а также исполнительной.

Первый, "федотовский", закон "О СМИ" был принят 27 декабря 1991 г. Пожалуй, это один из самых демократичных в мире действующих законов о СМИ. Он точно отвечал духу и настроениям тех лет. Но постепенно экономическая, правовая и политическая ситуации в стране менялись. И первый закон "О СМИ" потерял многие из регулирующих функций. Последние годы на съездах HAT и других собраниях представителей СМИ действующий закон подвергался резкой критике, как не отвечающий велениям времени. Корректировка закона с помощью поправок исчерпала себя. Поэтому встал вопрос о новой редакции закона "О СМИ". Первой задачей Индустриального комитета, в полном соответствии с заказом времени, и стала разработка нового закона и его лоббирование.

Надо сказать, что HAT с момента создания ассоциации в 1996 г. активно включилась в работу по совершенствованию действующего законодательства и продвижению нового закона. По инициативе ассоциации было разработано несколько версий закона. Однако HAT ряд лет представляла только телевидение и лишь недавно стала представителем телерадиовещания. Ассоциация не может выступать, например, от имени печатных СМИ. По отношению к общему числу лицензированных вещателей России члены HAT составляют относительно малую часть, что также ослабляет лоббирующий потенциал ассоциации. А вот Индустриальная конференция СМИ, как и подотчетный ей Индустриальный комитет, имеют полномочия представлять все СМИ России.

В компетенцию Индустриального комитета СМИ входят вопросы экономического и социального развития отрасли, государственной политики. Но первой заботой стали проблемы правового регулирования. Не случайно панельная дискуссия, прошедшая 31 октября 2002 г. в рамках конгресса TRBE'02, была посвящена обсуждению позиции сообщества СМИ по Федеральному закону "О СМИ".

По ходу этой дискуссии председатель Индустриального комитета К. Эрнст с некоторым недоумением заметил, что "закон либо никого не устраивает в принципе или же, по большому счету, его никто не хочет менять". И далее: "в Индустриальный комитет входят "капитаны" индустрии, и среди них - те, кто приспособился к закону. По их мнению, закон плохой, по соответствует реалиям. Не учитывает многих изменений, да. Но это нормальный закон, такой демократичный". Однако основной настрой Индустриальной конференции в целом и большинства представителей СМИ в частности сводится к признанию действующего закона сдерживающим фактором развития индустрии.

Стенограмма панельной дискуссии пестрит примерами недостатков, замеченных в законе. В частности М. Сеславинский много внимания уделил проблеме "владельца" СМИ. Владелец - это "первое лицо в круге людей, физических и юридических лиц", участвующих в деятельности СМИ. "Если у средства массовой информации не один, а несколько владельцев, то их взаимные права и обязанности должны определяться специальным соглашением". Действующий закон отказывает владельцу СМИ (учредителю средства массовой информации) в праве вмешиваться в деятельность СМИ.

"Эта норма достаточно декларативна", считает М. Сеславинский. "Она прогрессивна и демократична, но далеко не всегда воплощается в реальной жизни. Существует юридическая и нравственная коллизии. Почему, будучи учредителем или владельцем СМИ, я, к примеру, не вправе вмешиваться в его деятельность?" Эту коллизию следует разрешить. Изменить норму, скажем, следующим образом: "владелец не вправе вмешиваться в деятельность СМИ", но с оговоркой: "если иное не предусмотрено специальным договором между владельцем и редакцией, либо издателем и вещателем". Новый закон должен определить юридические рамки взаимопонимания "нанимаемой редакции, нанимаемым вещателем, издателем и владельцем СМИ." Право владельца вмешиваться в работу СМИ или, напротив, не вмешиваться должно стать предметом специального договора. В этом договоре следует прописать полномочия владельца. В принципе, "владелец может выступать самостоятельно в качестве редакции СМИ, как издатель, как вещатель".

Хотелось бы попутно напомнить, что в известных баталиях вокруг "Медиа-моста", а позже ТВ-6, юридическая проблема определения полномочий и ответственности владельца, редакции и т.п. стала не всегда заявленным, но действующим "субъектом" коллизии.

У нас все еще бережно сохраняется давно заученное пристрастие к аморфным, гладким и популистским, по сути, формулам. В исполнении депутатов это выливается в законы или просто бессодержательные, или, что хуже, допускающие толкования. Чиновники такие законы особо любят.

За 11 лет действия первого закона "О СМИ" Россия менялась и политически, и в правовых отношения, и экономически. Прошли реформы государственных институтов, законодательной и исполнительной властей. Изменились приоритеты. Заметно обновилась техническая база традиционных средств распространения информации, и появились принципиально новые средства ее доставки. Все это и привело к тому, что закон "О СМИ" устарел, стал тормозом развития правоотношений в отрасли.

К примеру, в действующем законе вообще отсутствует статья, регламентирующая предмет и сферу его регулирования, что размывает закон. Надо четко определить, что предметом закона "О СМИ" является порядок сбора, обработки и формирования массовой информации, ее распространения посредством вещания, печати. Следует четко и конкретно назвать права и обязанности субъектов на рынке СМИ. Новый закон должен исчерпывающим образом регулировать только те отношения, которые не регламентированы нормами гражданского, корпоративного, антимонопольного законодательства, законодательства об индивидуальной собственности и федеральными законами.

Сегодня положения закона "О СМИ" не согласуются с целым рядом основных федеральных законов и международных договоров Российской Федерации. Список таких нестыковок очень длинен. Возьмем, к примеру, регулирование отношений между учредителем средства массовой информации, вещателем, коллективом журналистов и производителем программ. Сегодня правовая конструкция построена так, что по многим важнейшим вопросам правами обладают одни лица, обязанности возложены на других, а вот ответственность несут третьи.

По действующему закону, учредитель СМИ фактически не легитимен как полноправный собственник. Операции свободной купли-продажи, именного распоряжения СМИ нелегальны. Но это входит в противоречие с Гражданским кодексом и корпоративным законодательством, ограничивает свободу субъектов СМИ в распоряжении имуществом. Негатив - снижение инвестиционной активности в отрасли.

Большие нарекания вызывает терминологическая база закона. Отсутствует, например, даже определение базового понятия "вещатель". Без определения остается "трансляция" и т.п. Отсутствие ясных, точных, однозначных и юридически закрепленных определений превращает закон в простую декларацию. В связи с этим надо вспомнить о таком решении Индустриальной конференции, как разработка глоссария - толкового словаря терминов отрасли СМИ и вещания в частности. Словарь, должным образом обработанный, следует рассматривать как неотъемлемую частью разрабатываемого закона. Это очень важная работа. Индустриальный комитет, его рабочие группы именно с этого и начали свою деятельность - с заключения терминологической конвенции.

Акценты действующего закона, по прихоти исторического наследования, выводят на первый план отношения в области печатных СМИ. Однако в настоящее время наиболее массовыми, оперативными являются электронные СМИ. У них своя специфика, которую должен отразить новый закон. Он, конечно, должен иметь общую часть, содержащую основные положения, применимые ко всем видам СМИ. В законе следует предусмотреть и специальные разделы, регулирующие специфические стороны деятельности различных видов СМИ. Это - телевидение, радио, печатные издания, информационные агентства и т.д.

Лицензирование телевещания - одна из самых болезненных проблем. В настоящее время оно регламентируется действующим законом о СМИ и постановлениями правительства. Увы, действующие ныне нормы не определяют материальную и процедурную стороны процессов предоставления лицензий, пролонгации срока их действия или переоформления, механизмов выделения частот и определения их стоимости. По всеобщему убеждению, сроки действия лицензий неоправданно малы. Отсюда ощущение неясных перспектив, нестабильность деятельности вещателей. Долгосрочное планирование финансово-хозяйственной деятельности невозможно, что сдерживает приток инвестиций в отрасль. Отмечены явные пробелы в порядке распределения ограниченного частотного ресурса.

Существующая нормативная база способна доводить ситуацию до абсурда. Так, лицензия на вещание может быть отозвана в случае нарушения лицензионных условий, закрепляемых в самой лицензии. При этом вещателя обязывают соблюдать действующее законодательство во всем его объеме, но не оговаривается конкретно закон "О СМИ". Это - отнюдь не мелкое упущение. Сейчас вещателя можно лишить лицензии на основе любого нарушения той или иной нормы. Например, отозвать лицензию из-за несвоевременной уплаты налога, что, конечно же, не избавит бедолагу-вещателя и от наказания в соответствии с нормами прямого действия, предусмотренными Налоговым кодексом. Каков простор для разбушевавшегося чиновника? Можно отозвать лицензию и в случае непреднамеренного нарушения авторских прав, что, к слову, прямо указано в действующем законе "О СМИ". Нечеткая формулировка, как видим, ведет к несоразмерной ответственности за нарушение, которое самостоятельно и напрямую наказывается законом об авторском праве и смежных правах. Поэтому вероятно и допустимо по одним законам двойное наказание, что полностью запрещено другими законами.

В новом законе следует четко и ясно закрепить основание, процедуру выдачи, срок действия лицензии, а также порядок приостановления действия или лишения лицензии на вещание. Все это надо тщательно прописать, как и оговорить разумные гарантии вещателю, что его деятельность будет долгосрочной и стабильной. И еще, законом следует определить исчерпывающее основание для приостановления вещания. А среди гарантий указать, что приостановить действие или лишить лицензии можно только на основе вступившего в силу решения суда.

Множество чиновников и депутатов хотели бы получить карт-бланш на приостановку или прекращение лицензии. М Сеславинский в связи с этой проблемой рассказал, что в Центральной избирательной комиссии подготовлен проект, который, в том числе, затрагивает работу СМИ при проведении избирательных кампаний. И в нем предложена норма о приостановке действия лицензии по представлению территориальных избирательных комиссий вплоть до подведения итогов выборов. Прогнозируемым итогом подобных новаций станет массовое приостановление лицензий региональных СМИ, их отлучение от избирательных компаний на основе восприятия членов территориальных комиссий и пристрастий местных судов.

В действующем законе не нашли отражения, как это ни странно, средства распространения массовой информации. Например, перечень форм, в которых может распространяться массовая информация, является, по закону "О СМИ", открытым. Поэтому под определение СМИ, по закону, подпадают и службы объявлений вокзалов, рынков, метро и даже объявления водителей в городском транспорте. Но если подойти к проблеме серьезно, следует вспомнить, что заявили о себе, в том числе и у нас, такие средства доставки визуальной информации, как системы кабельного или спутникового телевидения, MMDS и т.п. Эти системы принципиально многопрограммные, т.е. позволяют одновременно доставить абоненту десятки программ. Более того, они экономически оправданы именно как многопрограммные. Однако в положении о лицензировании телерадиовещания указано, что никто на одной и той же территории не может получить лицензию на телевещание более чем по двум каналам вещания. Это "законное" ограничение лишает в России перспективы создание действительно многопрограммных систем вещания. Вывод понятен: правила и нормы распространения программ должны быть адекватны современным реалиям, а значит срочно адаптированы в соответствии с ними.

Болевой точкой были и остаются взаимоотношения вещателей с органами власти и управления и, в частности, электронных СМИ с местной властью. Сегодня закон предусматривает, что эти взаимоотношения регулирует Федеральный закон и соответствующие законы субъектов Федерации. Это в корне неверно. Закон "О СМИ" затрагивает одну из важнейших конституционных прав человека и гражданина, поэтому должен содержать императивные нормы. Гарантия свободы слова, а потому и средств массовой информации, предусмотрена Конституцией РФ, и обеспечивать единство этого права на всей территории Российской Федерации может лишь федеральный закон. Мы знаем, сколь разнообразной трактовке свобода слова подвергалась и продолжает подвергаться в субъектах Федерации. Мы знаем, как часто практика толкования размывала даже урезанные местные уложения. Для многих региональных вещателей гарантия свободы - одна из самых важных статей будущего закона.

Все сказанное достаточно разнообразно, чтобы доказать множественность пороков действующего законодательства в области СМИ. За кадром остались, например, претензии к Налоговому кодексу РФ. Есть серьезные проблемы в правовом регулировании отношений вещателей и связистов. Словом, работы по расчистке правового поля хватит надолго, а завершить ее в интересах отрасли надо было еще вчера.

В последнюю декаду октября 2002 г. массовый захват заложников на Дубровке в Москве потряс Россию, цивилизованный мир. Работа отечественных журналистов в этих чрезвычайных условиях подверглась критике, нелицеприятной, но справедливой. Общественность обратила внимание и на поведение ряда депутатов, которые беду превратили в политическое шоу с понятными целями. Интересно, что Государственная Дума в срочном порядке осудила российскую журналистику скопом и приняла, фактически без серьезного обсуждения, поправки к известным законам, по не осудила поведение своих коллег по палате. Сенаторы, которые лишь с одним голосом против приняли думские поправки, откровенно расшаркались в сторону начальства. Вето Президента стало ответом обоем палатам. Все это в темпе аллегро (лат. "быстро и весело") прошло в начале ноября 2002 г. Индустриальный комитет СМИ в эти дни сдал тяжелый экзамен на прочность, ответственность и политический вес. Теперь мы знаем: экзамен выдержан.

Официально сообщено, что "10 декабря в Государственной Думе был подписан протокол о взаимодействии Совета Федерации Федерального собрания Российской Федерации, Государственной думы Федерального собрания Российской Федерации, Министерства Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций и Индустриального комитета средств массовой информации по вопросам совершенствования правового регулирования деятельности средств массовой информации". Обратите внимание: протокол признает равное с тремя высокими государственными инстанциями участие общественного образования, каким является Индустриальный комитет СМИ. Важную роль в этом, конечно, сыграла встреча членов Индустриального комитета с Президентом, где прошел обмен мнениями о фактическом положении дел в Индустрии СМИ и срочных задачах реформирования законодательной базы СМИ.

Показательны отдельные положения, зафиксированные в протоколе. Подчеркнуто, что "стороны активизируют усилия по взаимной координации в целях скорейшей доработки и принятия Федерального закона "О внесении изменений в статью 4 закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" и в статью 15 Федерального закона "О борьбе с терроризмом". При этом стороны обязуются "учесть замечания, изложенные в вето Президента Российской Федерации, а также проекта Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон от 25.07.2002 г. № 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности". Стороны согласны "считать целесообразным разработку методических рекомендаций о порядке освещения в средствах массовой информации контртеррористических операций и иных чрезвычайных ситуаций, а также разработку порядка взаимодействия органов государственной власти и средств массовой информации в указанных ситуациях". В протоколе одобрены "инициативы журналистского сообщества о выработке на началах самоорганизации правил, регулирующих действия журналистов и средств массовой информации в чрезвычайных ситуациях". Признано "целесообразным скорейшее принятие новой редакции Федерального закона "О средствах массовой информации", отражающего требования современного этапа развития".

И еще, стороны обязались координировать действия с тем, чтобы всесторонне обсудить в Федеральном собрании Российской Федерации проект Федерального закона "О средствах массовой информации", подготовленного Индустриальным комитетом СМИ. Протокол подписали от Совета Федерации - В.П. Горегляд; от Государственной думы - А.Н. Чилингаров; от МПТР России - М.Ю. Лесин; и, наконец, от Индустриального комитета СМИ - К.Л. Эрнст. Они же, де факто, теперь являются гарантами достигнутого соглашения. Хочу подчеркнуть два момента. Еще никогда на столь высоком уровне не подтверждалась важность и ответственность отечественных СМИ. Еще никогда не принимались официальные протоколы, где подпись общественного представителя СМИ стояла бы рядом с высокими чинами законодательной и исполнительной властей. Это - признание повой роли СМИ.

Представители Индустриального комитета СМИ также встретились с главами российских силовых ведомств. На встрече были обсуждены поправки к федеральным законам "О СМИ", "О терроризме" и "Об экстремистской деятельности", которые необходимо внести для того, чтобы все "последующие действия были выверенными и правильными". Об этом заявил после встречи директор ФСБ Николай Патрушев. Как сообщает РИА "Новости", в дискуссии приняли также участие глава МВД Борис Грызлов, руководитель Минобороны Сергей Иванов, директор Службы внешней разведки Сергей Лебедев, глава Минпечати Михаил Лесин, председатель Индустриального комитета СМИ, генеральный директор "Первого канала" Константин Эрнст.

Директор ФСБ выразил надежду что с учетом рекомендаций силовых и медийных экспертов удастся выработать хорошие поправки в эти документы. Представители СМИ должны содействовать работе силовиков во время контртеррористических операций, заявил он. Борис Грызлов, со своей стороны, назвал встречу "конструктивным разговором". По его мнению, СМИ в случае экстренных ситуаций должны освещать события так, чтобы на первом месте стояла защита жизни людей, а не право па получение информации. Кроме того, считает он, при передаче такой информации необходимо соблюдать журналистскую этику.

Как подчеркнул, в свою очередь, Константин Эрнст, обе стороны осознают, что в современном обществе террористы всегда пытаются использовать СМИ в своих целях. Именно от четкого взаимодействия силовых структур и СМИ зависит сохранение жизни людей, указал он. К. Эрнст также сообщил, что представители Индустриального комитета ознакомили глав силовых ведомств страны с "Антитеррористической конвенцией". В дальнейшем конвенция будет разрабатываться с участием экспертов силовых структур. По словам К. Эрнста, этот документ будет доработан в течение ближайших двух недель, т.е. до конца 2002 г. Стороны договорились о дальнейшей совместной работе.

Итак, процесс консолидации российских СМИ заявил о себе в полный голос. Голос этот услышан властями и общественностью. Задачи поставлены, инициативы поддержаны, помощь предложена. Древняя притча о венике иллюстрирует многократный рост прочности и эффективности в связке. И теперь только от солидарной работы отечественных СМИ, только от активности, настойчивости, целеустремленности членов журналистского сообщества зависит, куда идет отрасль: к провалу очередного прожекта или к консолидированному сообществу? События последнего времени, появление деятельного общественного органа Индустриального комитета СМИ позволяют считать самоорганизацию СМИ практически состоявшейся.