Ждать ТВЧ осталось недолго

Мы живем во времена стремительных перемен. Телевидение прогрессирует с невероятной скоростью. К сожалению, пока только технически. Чего ждать в ближайшем будущем? Об этом главный редактор журнала «625» Михаил Житомирский поговорил с генеральным директором компании System Video Graphics Alliance Владимиром Лошкаревым.

Михаил Житомирский: Мы живем в такое время, когда за цикл активной трудовой деятельности того или иного специалиста происходит смена нескольких поколений технологий. То есть прогресс идет стремительно. Вы были одним из первых, начинавших развитие постсоветского цифрового телевидения с учетом современных технологий. По прошествии достаточно длительного времени как можно сравнить то, что было, и то, что есть сейчас? Что хотелось бы выделить особо?

Владимир Лошкарев: Правильнее будет сказать, что я был одним из пионеров, начавших заниматься продвижением новых цифровых технологий компьютерной графики, анимации и нелинейного монтажа (КГА и НМ) в индустрию отечественного телевидения и стоял у истоков создания первых коммерческих компаний. Мой приход в телевидение состоялся на границе 1989 и 1990 годов, когда исчез «железный занавес» и сразу стал очевиден разрыв между технологическим уровнем нашего и западного телевидения.

Я не имею в виду состояние научных разработок для ТВ, здесь мы выглядели вполне достойно. Но я имею в виду состояние отечественных промышленных решений КГА и НМ, где был полный застой и пустота. Собственно, решение этих проблем и стало лейтмотивом нашей деятельности. Фактически это и было началом создания рынка поставок КГА и НМ и ТВ-систем. А созданные нами компании стали одними из первых игроков на этом рынке.

Чуть раньше ставшие доступными персональные компьютеры дали возможность первым пользователям самим создавать компьютерную графику, которая стала приятным дополнением к традиционному ТВ, а заодно и приманкой, на которую я «клюнул» и загорелся этой идеей на всю оставшуюся жизнь.

Говоря об этом, я только хотел подчеркнуть, что мне действительно повезло пройти тот новый этап в отечественном телевидении от начала до сегодняшних дней и своими глазами увидеть появление и смену нескольких поколений технологий. Причем стремительность их развития и смены была порой поразительна: то, что мы внедряли в n-м году, в следующем уже становилось устаревшим. И вообще это был по-настоящему фантастический период, такой динамики сейчас, конечно, уже не увидишь!

Я как раз в то время защитил диссертацию в МВТУ им. Баумана, имевшую отношение к автоматизации технологических процессов и робототехнике, и перешел на работу в предприятие по производству суперкомпьютеров. Но «заражение» новыми технологиями привело к тому, что мы — я имею в виду себя и таких же энтузиастов — стали развивать это направление, изучать его, создавать некие творческие коллективы и объединяться с единомышленниками. Интернета еще не было, поэтому информацию запрашивали и получали по почте и по факсу. Тогда же сложился альянс с одной из первых коммерческих телекомпаний «2і2», совместно с которой мы сделали и выпустили в эфир несколько передач о компьютерной графике. Мы также нарисовали для нее первые вращающиеся двойки — анимированный логотип, который потом использовался в оформлении канала.

Вот этот момент, имевший место примерно 18 лет назад, я и воспринимаю как точку отсчета своей деятельности в телевидении. И могу сказать, что в этой части телевизионной индустрии технологии очень быстро меняются, и то, что вчера еще было чем-то невероятным, сегодня даже не интересно для изучения и воплощения, поскольку исследовано, повсеместно применяется и уже заменяется чем-то новым. А искрой, постоянно разжигающей наш интерес, является работа на стыке технологий, желание узнать и внедрить что-то новое. Что касается меня, то я до сих пор остаюсь увлеченным этой работой и не превратился из творческого человека в простого коммерсанта и администратора.

Одним из главных своих достижений в тот период считаю организацию и проведение первого российского фестиваля компьютерной графики и анимации «Аниграф», который я возглавлял 10 лет и который, на мой взгляд, послужил катализатором активной популяризации в России компьютерной графики и новых решений для цифрового телевидения.

М. Ж.: Ну а чего можно ожидать в ближайшей и среднесрочной перспективе?

В. Л.: Стратегически, это продолжение сближения между телевидением и связью. Раньше такая тенденция не была очевидной. Было скорее параллельное сосуществование без взаимной заинтересованности. С появлением Интернета, IPTV и других современных технологий оказалось, что эти сферы могут хорошо интегрироваться одна в другую, эффективно развивать и дополнять друг друга. Более того, такая интеграция стала просто неизбежной. Появившиеся единые форматы компрессии, технологии кодирования контента и транспортных потоков стали объединяющей основой для систем и ТВ, и связи, а прием, передача и обработка сигналов, редактирование, транскодирование, мультиплексирование и т.д. стали общими производственными вопросами для этих сфер.

И это отчетливо видно по увеличившимся запросам пользователей, которым необходимы средства для создания видео стандартного и высокого разрешения, доставки его до абонента с тем или иным набором сервисов. Благодаря этому сближению и тесному сотрудничеству ТВ и связи в ближайшее время должны появиться новые концепции самого телевидения, новые способы его доставки аудитории, в том числе и интерактивные. Это будет настоящая революция.

М. Ж.: Однако некоторые эксперты предсказывают чуть ли не коллапс сетей и связывают его именно с резким ростом интенсивности трафика, львиную долю в котором занимает как раз видео. Не секрет ведь, что это самые «тяжелые» данные из передаваемых по сетям. Есть такая опасность? И если есть, то не станет ли она той самой ложкой дегтя, которая оттолкнет аудиторию от IPTV, к примеру?

В. Л.: Я думаю, что это просто исключено. Во-первых, надо понять, что спрос (и подразумеваемая под этим платежеспособность) аудитории на новые услуги в силу именно финансовых причин растет не так уж стремительно. Внедрение же этих услуг в силу технических сложностей также не происходит лавинообразно. Поэтому чисто логически невозможно предположить, что у телекоммуникационных и IT-компаний сложится такая ситуация, при которой интенсивность роста потребностей пользователей будет обгонять скорость внедрения новых технологий и сервисов настолько, что приведет к лавинообразному росту нагрузки сетей, следствием чего станет их обрушение. Я думаю, что это процесс сбалансированный и в целом управляемый.

Во-вторых, специалисты, работающие в этой сфере, прежде чем запустить услугу (или подключить новую группу абонентов), которая может привести к превышению допустимого уровня трафика, тщательно анализируют ситуацию, в том числе свои возможности и ресурсы, делают опросы аудитории, позволяющие оценить объем потребления абонентами данной услуги. И вряд ли они выберут вариант, при котором предложенный объем услуг превысит их ресурсы по доставке этих услуг потребителям.

И третья причина заключается в важной особенности нашей сферы — телевидения и связи, а именно в высокой интеллектуальности используемых здесь технологий. Большое количество как программных, так и аппаратных средств для оптимизации трафика, адаптивного управления нагрузкой в сети уже эффективно применяется, а в дополнение к ним внедряются новые. Поэтому, сколько бы пользователи не нагружали сеть, специалисты всегда найдут возможность обеспечить ее стабильную работу за счет средств оптимизации и адаптации с тем, чтобы она не рухнула в одночасье, а бесперебойно обслуживала аудиторию.

Вот почему мне кажется, что те, кто обещает нам такой сетевой апокалипсис, заблуждаются. А рост числа пользователей Интернета и предлагаемых им сервисов, в том числе и IPTV, говорит только в пользу Интернета и его высокой востребованности в дальнейшем.

М. Ж.: В последнее время все чаще высказывается мнение, что недалек тот день, когда вся высокотехнологичная специализированная, а значит и дорогая техника будет вытеснена стандартными компьютерными платформами буквально из ближайшего магазина компьютерной техники, которые, будучи снабженными дешевыми платами ввода/вывода и соответствующими программными приложениями, окажутся способными обеспечить нормальное функционирование телевидения. А вслед за этим пострадают и компании, представленные сегодня на рынке телевизионной техники и технологий. Есть в таких высказываниях доля истины?

В. Л.: Я думаю, что нет. Я считаю, что для каждой задачи, для каждого технического приложения существуют своя рациональная область функциональности и цены, а соответственно, необходимый ресурс операционных возможностей аппаратных и программных средств, которые ее реализуют.

Совершенно очевидно, что чем дешевле изделие (или система), тем оно менее функционально. И наоборот, чем мощнее и универсальнее система, тем выше ее цена. Соответственно, если мы ультимативно поставим покупателя перед необходимостью выбирать одно из двух (или, например, нечто среднее), то фактически он кажется в одном из двух положений: либо он получит недорогое, но не очень функциональное решение, либо заплатит много, но частью функций никогда не воспользуется за ненадобностью (то есть деньги затратил, а отдачи не получил).

Поэтому я бы так ответил на этот вопрос: всегда будет широкий спектр разнообразных устройств, отличающихся друг от друга функциональными возможностями и ценой, а задача специалиста состоит в том, чтобы выбрать для каждого потребителя такую систему, которая бы отвечала всем его требованиям и имела соответствующую этим задачам цену. И всегда высоко будут цениться специалисты, способные выбрать оптимальное технико-коммерческое решение под различные задачи.

М. Ж.: Хочу задать больной для нашего рынка вопрос о программных средствах. По Вашему мнению, мы когда-нибудь придем к цивилизованному рынку программного обеспечения? Станет ли выгодно продавать ПО? Ведь не секрет, что сейчас эта сфера в загоне из-за пиратского использования программных средств.

В. Л.: Мне кажется, что это очень важная проблема, но рассматривать ее нужно с нескольких точек зрения. Одна из них — это ценовая политика производителя программного продукта для конкретной страны. Если, как это часто бывает, производитель поднимает для России цену на свои программы по сравнению с европейским или американским рынком, то такой несбалансированный подход, очевидно, приведет к росту пиратского использования этого ПО. Если же ценообразование происходит взвешенно, то есть продукция стоит как минимум одинаково, а еще лучше — в России она дешевле (так очень часто делали и делают многие крупные игроки этого рынка, вспомните пример Microsoft), то такая политика совершенно однозначно обеспечит рост объемов легального приобретения программного обеспечения, снизит пиратскую активность.

Вторая причина наличия пиратства — это огромный дисбаланс между благосостоянием населения (ну и предприятий, разумеется) и стоимостью программных продуктов. Одновременно с ростом благосостояния и, в первую очередь, с ростом уровня заработной платы, будет уменьшаться доля пиратского рынка.

Хотя я и допускаю, что никому не удалось избежать соблазна в той или иной ситуации воспользоваться услугами пиратского рынка. Но я уверен, что цивилизованное использование программно-аппаратных средств более присуще природе человека, чем пиратство. И я уверен, что в России честных граждан все же несоизмеримо больше, чем пиратов.

Ну и третья причина — это динамика продаж программного обеспечения, которая наблюдается в последнее время. Она показывает очевидный рост объема продаж программных средств.

Так что, несмотря на имеющие место исключения, общая тенденция состоит в том, что доля пиратского использования программных систем уменьшается, и этот процесс будет объективно ускоряться. В этом же, кстати, состоит и политика нашего государства. И хотя я не думаю, что нам удастся искоренить пиратство полностью, я все-таки уверен, что мы неизбежно придем к цивилизованному рынку программных средств, когда доля пиратских продаж станет просто несущественной.

М. Ж.: Кстати, о рынке. Как можно заключить из официальной информации, вступление России в ВТО теперь только вопрос времени. И произойдет это очень скоро, может быть, даже в нынешнем году. Это, в частности, означает, что велика вероятность прихода на российский телевизионный рынок крупных зарубежных системных интеграторов, которых на сегодня сдерживают, в том числе, и таможенные барьеры. Насколько отечественные компании, специализирующиеся в области системной интеграции и поставок телевизионной техники, готовы конкурировать с ними?

В. Л.: Для российских системных интеграторов факт вступления в ВТО вызвал бы беспокойство примерно лет 5…8 назад, когда, возможно, многие отечественные компании, работающие на рынке телевидения и связи, оказались бы в сложном положении из-за недостатка знаний по использованию новых цифровых технологий и практического опыта внедрения их в производство. Сегодня, когда реальный опыт и профессиональный уровень наших компаний значительно возрос, я не думаю, что иностранные компании смогут составить нам реальную конкуренцию по этим критериям. Общеизвестно, что наш специалист, как правило, имеет более широкий кругозор, чем западный, и, естественно, более адаптирован для работы в отечественных условиях.

Готовность нашего профессионала решать в российских условиях задачи нестандартным образом, прорабатывая десятки различных вариантов, а не пытаясь подстроиться под тот прямолинейный и единственный метод, который, как правило, имеется в арсенале западного системного интегратора, ставит его в более выгодные условия, чем иностранного конкурента. Наш специалист всегда найдет выход из любой ситуации.

Сегодня я твердо могу сказать, что уровень знания продукции и новых технологий, глубина изучения систем и опыт внедрения на телевидении у большинства отечественных специалистов настолько высоки и прочны, что если поставить иностранную компанию против российской, то мы окажемся значительно более конкурентоспособными как по разработке оптимального технико-коммерческого решения на основе самых современных технологий, так и по его внедрению в российских условиях.

Это для меня абсолютно очевидный факт, и я могу привести в его пользу много доводов из нашей практики работы с различными производителями и интеграторами.

При всем вышесказанном, совершенно очевидно, что затраты в отечественных компаниях (зарплата, накладные расходы и др.) гораздо ниже, чем у западных, и в результате наши проекты, работы и решения еще много лет будут стоить значительно дешевле западных, не уступая при этом по техническому исполнению и соответствию мировым стандартам.

Так что я думаю, что вступление в ВТО сыграет только на пользу нашим компаниям, занимающимся оснащением российского телевидения. Я не боюсь вступления в ВТО, а только приветствую его, поскольку приход цивилизации в бизнес является долгожданным и позволит, наконец-то, нормально работать, не конкурируя с так называемым серым рынком, а сформулировать единые и понятные для всех правила бизнеса.

М. Ж.: Как Вы думаете, когда мы начнем наслаждаться цифровым телевидением вообще и телевидением высокой четкости (HDTV) в частности именно как массовой услугой?

В. Л.: Это очень болезненная тема. Мы уже давно готовы к ее реализации, вот только наше телевидение не торопится переходить на ТВЧ. Честно говоря, я ждал, что это случится года два назад. И не только потому, что у нас уже были технологии, готовые решения и обученные специалисты. Мне казалось — Россия к этому готова. Видимо, я ошибался. Уже более двух лет процесс внедрения ТВЧ в России тормозится и не находит широкой востребованности ни у вещателей, ни у аудитории. Возможно, здесь дело и в стоимости, и в неготовности вещателей, и в наличии некоторых технических проблем, ну и в размерах страны, конечно.

Однако, анализируя ситуацию, сложившуюся в сфере телевидения, телекоммуникаций, кино, а также состояние продаж отдельных систем и компонентов HDTV, я понимаю, что массовый приход HDTV в Россию уже не за горами. Я думаю, что через 1…2 года HDTV в Россию придет. Давайте доживем!

М. Ж.: Но ведь и соответствующие телевизоры пока еще недоступны большинству зрителей.

В. Л.: Согласен. Выбор реальных HDTV-телевизоров пока крайне узок. Но они уже есть и, в принципе, представлены в разумной ценовой нише. Также очевидно, что спектр моделей растет, а цена динамично падает.

Пока в России нет своего HD-вещания. Но как только это время придет и ТВЧ станет массовым, цена и выбор станут еще лучше.

Процессы активного инвестирования в цифровое ТВ и ТВЧ тоже начались. Мне также кажется, что сейчас идет процесс технической подготовки вещателей и активной информационной подготовки сознания зрителей. И те, и другие, думается, «созреют» примерно к 2008…2010 году.

Кроме того, мировой социум реально переходит на HD, и количество программного материала в этом формате быстро растет. Увеличивается число европейских спутников, позволяющих передавать сигналы ТВЧ. То есть очень скоро мы достигнем уровня, когда объем ТВЧ-контента станет достаточно большим, а также произойдет удешевление и профессиональной, и абонентской техники. То есть ТВЧ станет доступным для массового зрителя и с финансовой точки зрения.

Пока же я вижу ситуацию так: понимание необходимости перехода на цифру и ТВЧ есть, а реальное воплощение — это дело ближайшего будущего.

М. Ж.: Мне также кажется, что наше телевизионное пространство может оказаться в изоляции именно по причине отсутствия материала высокого разрешения, поскольку, думаю, недалек тот день, когда видео стандартного разрешения (SD) уже не устроит международные вещательные компании. Не получится ли так, что, избавившись около 20 лет назад от политического «железного занавеса» в информационном пространстве, мы окажемся огражденными от остального телевизионного мира технологическим «железным занавесом», причем собственного производства, а точнее — бездействия?

В. Л.: Российский информационный контент, в том числе и телевизионный, достаточно активно поставляется за рубеж и пользуется там хорошим спросом. Это касается и политических событий, и культурных, и спортивных, и социальных, и т.д. Но в настоящее время подавляющий объем материалов отправляется туда в стандартном разрешении.

Переход на создание контента в высоком разрешении не может состояться мгновенно — работа в этом направлении идет параллельно. Так что, я думаю, у нас не будет проблем с тем, чтобы соответствовать мировым требованиям и предоставлять материал в HD. По русской привычке протянем, конечно, до последнего, но «отрезанными» не окажемся.

В целом же ряд наших компаний уже готов начать пробное вещание в стандарте ТВЧ: есть камеры, монтажные системы, парк иного необходимого передающего оборудования. Нужен толчок, а дальше это пойдет лавинообразно. Таким толчком для России могло бы стать какое-либо серьезное событие мирового масштаба (олимпийские игры, чемпионат мира, кубки по различным видам спорта) со статусом обязательной демонстрации на весь мир в формате HD (как это происходит в других странах).

Кроме того, в спину дышат Интернет, IPTV и т.д., так что ждать ТВЧ осталось совсем недолго!