: архив : архив журнала "Звукорежиссер" : 2002 : #2

Сотворение песни
Элина Френкель

В июне 2002 года в Японии и Корее состоится чемпионат мира по футболу. Но почему же зашла речь о футболе на страницах журнала "Звукорежиссер"?

Дело в том, что для этого чемпионата готовится к выпуску компакт-диск с произведениями от стран, принимающих в нем участие. Россию будет представлять певица Ариана с песней "It's more than a game". Композитор и продюсер Матвей Аничкин сочинил ее специально для предстоящего события, поэтому текст на английском языке, да и музыка полностью соответствуют накалу футбольных страстей.

Работу по записи, сведению, мастерингу песни выполнили звукорежиссеры студии CSP (Cool Sound Production): Олег Чечик и я. Запись велась на аналоговый двадцатичетырехдорожечный двухдюймовый магнитофон Tascam ATR-80. Использовался пульт AMEK Angela II, - из его восьмидесяти каналов на сведении были задействованы семьдесят шесть, при этом было достаточно много партий, звучащих с компьютера, как например, бэк-вокалы, гитары, скрипки, которые объединялись в стереопары на самом пульте. Были использованы практически все из имеющихся компрессоров, процессоров обработки звука, ревербераторов. Одних только компрессоров в виде отдельных приборов было девять каналов, не считая встроенную в пульт динамическую обработку. Также в записи "принимали участие" два компьютера. Один - Apple Macintosh G4/500 с программой Pro Tools 5, в него были переписаны с аналоговой ленты некоторые треки бэк-вокалов, скрипок, гитар и трубы, там же велась редакция аудио-треков. Другой компьютер - PC с программой Cubase, с которого звучали все MIDI-партии.

В общем, работа оказалась довольно кропотливой и сложной, так что есть, о чем поведать...

День первый…

После того, как приготовления к записи, такие, как прописывание сигнала синхронизации SMPTE на отдельную дорожку, "скидывание" MIDI-партитуры в стереопару (так называемую "болванку"), подготовка микрофонов и приборов, были сделаны, начался основной процесс.

Сначала прописывался основной вокал. Ариана, как и бэк-вокалисты, пела в микрофон AKG C12, очень хорошо звучащий, с подчеркнутыми басами и серединой. Отличие по нижним частотам было особенно слышно при сравнении с микрофоном Neumann M149, который часто используется нами при записи голоса. Сигнал с AKG C12 подавался на пульт через компрессор TUBE-TECH MEC 1A со встроенным предусилителем. Для вокала Арианы были отведены четыре дорожки на ленте, и записанная партия так и осталась на пленке до самого конца, не подвергаясь перегону в компьютер через конвертеры Apogee. Более того, в работе с вокалисткой не пришлось прибегать к коррекции чистоты интонации и точности ритма - случай редкий в наше время! То есть, все осталось, можно сказать, в первозданном виде с ненарушенным аналоговым звучанием, в отличие от некоторых треков бэк-вокалистов. Но об этом чуть позже…

День второй…

Продолжением процесса стала запись гитар (акустической и электрической) и бас-гитары.

Для акустической гитары использовался уникальный в своем роде микрофон SoundField SPS 422, на описании которого хотелось бы остановиться немного подробнее.

Особенность этого прибора в том, что в отличие от обычных студийных микрофонов, имеющих один или два капсюля, SPS 422 содержит четыре мембраны, каждая из которых воспринимает звук со своего направления (две спереди и две сзади). Это позволяет регулировать по собственному вкусу соотношение прямых и отраженных сигналов и ширину стереобазы. Сигналы с капсюлей поступают в процессор, на котором можно, используя регулятор PATTERN, менять характеристики направленности от круговой и двусторонней ("восьмерки") до гиперкардиоиды. Также, в зависимости от задач звукорежиссера, можно менять ширину стереокартины, что делается регулятором WIDTH. Тем самым можно устанавливать угол между капсюлями от 0 до 180о, причем в стерео центральный источник звука остается на своем месте, поэтому за моносовместимость и "дыру" в центре можно не беспокоиться - это достигается за счет возможности применения в SPS 422 стереосистемы MS. Как известно, система MS - это когда два микрофона (или два капсюля в одном микрофоне) расположены в одной точке, при этом один из них всегда направлен в центр, а второй имеет характеристику в виде "восьмерки" и, таким образом, улавливает боковые сигналы.

Для получения моно регулятор WIDTH просто устанавливается в положение 0, что и использовалось нами при записи акустической гитары. В принципе, сам процессор можно поставить непосредственно в аппаратной, чтобы позволить звукорежиссеру управлять микрофоном на расстоянии, слыша все изменения при регулировании. Но в нашем случае процессор стоял рядом с исполнителем, и настраивался не во время записи, а заранее. И еще несколько важных преимуществ данной модели Soundfield - это низкий уровень собственных шумов, незаметность отклонения исполнителей от центральной оси микрофона и возможность передачи широкого динамического диапазона.

Теперь перейдем к электрогитаре. Она была озвучена с помощью комбика Mesa Boogie Subway Rocket и микрофона Shure SM57. Но такая конфигурация появилась не сразу. Вначале к комбику был поставлен микрофон Neumann M149, но поскольку партия электрогитары в песне довольно агрессивная, и звук требовался соответствующий, с хорошей передачей динамики и плотным басом, то решили поставить динамический микрофон Shure SM-57, и результат всех удовлетворил.

А для записи баса применили тот самый Neumann M149, который очень хорошо передал, не побоюсь этого слова, шикарный звук басового лампового комбика AMPEG Pontaflex.

День третий…

Как ни странно, самой трудной оказалась запись струнных инструментов, причем сложность заключалась не в технической стороне вопроса, а в музыкальной. Что касается техники, то на струнные мы снова поставили SoundField SPS 422, но на этот раз использовали его в стереорежиме. Микрофон полностью оправдал себя, давая натуральное красивое звучание. Ну, а музыкальная часть оставила желать лучшего…

Дело в том, что для создания большей плотности и мощи звучания стояла задача прописать на три стереодорожки одну и ту же ансамблевую партию (три скрипки и виолончель) методом наложения. И никто не ожидал, что исполнители не смогут ритмично и синхронно сыграть примерно тридцать тактов музыки (струнные звучат не по всей песне, а лишь эпизодами). Сбои были во всем - в ритме, в строе, в одновременности воспроизведения четырех инструментов. Да, согласна, шестнадцатые в довольно быстром темпе - задача не из легких, но, к примеру, у Баха есть произведения несравнимо сложнее предложенной нами партии. Не говоря уж о "Полете шмеля"… Причем, все исполнители были с консерваторским образованием, и играли в знаменитых симфонических оркестрах, - но, видимо, для того, чтобы ритмично и хорошо сыграть ансамблем партию в "неклассической музыке", требуется что-то еще.

В результате, за три часа было записано только восемь тактов, которые мы стерли сразу же после ухода музыкантов, так как оставлять их в таком виде не представлялось возможным…, а на следующий день пришлось пригласить других исполнителей.

…Уже слышу возмущенные голоса защитников русской скрипичной школы… Не буду спорить, во многом она действительно очень хороша, но факт остается фактом. Собственно, это не только мое мнение, многим приходилось сталкиваться с подобным. (Вот что писал в пятом номере журнала "Звукорежиссер" за 2000 год известный звукорежиссер и продюсер Владимир Осинский:

"К сожалению, у наших струнников слабая школа, и скрипачам не хватает ритмической основы, они играют очень квело, и, иной раз, приходится потом что-то двигать "по горизонтали" в компьютере, чтобы все попадали в долю. Но когда подаешь струнникам в наушники "клик" (метроном), они раздражаются, говорят, что их это сковывает, что это немузыкально. А барабанная дробь вместо четкого синхронного пиццикато - это музыкально?" - прим. ред.)

…Ну, а конец третьего дня был потрачен на редактирование гитарных треков, записанных накануне.

День четвертый…

Ожидая продолжения записи струнных, мы готовились к борьбе, но на этот раз дело двигалось быстрее. Приглашенные музыканты оказались гораздо более профессиональными, и в конце концов, может быть, и не так быстро, как хотелось бы, но партия была записана. Ну, а дальше… Дальше все записанные треки перенесли в компьютер, где методом копирования удачных кусков и расстановки их в правильном ритме и была создана вся партитура струнных. И уже потом, на сведении, к акустическим инструментам были подмешаны "MIDI-скрипки" для уплотнения звучания и придания еще большей ритмичности музыке - без этого песня потеряла бы свой стержень.

Дни пятый и шестой…

После того, как были прописаны почти все живые инструменты, настал черед бэк-вокалов. Исполнителей было двое - мужской и женский вокал, а их запись и монтаж растянулись на два дня. Как я уже упоминала, для всех голосов использовался микрофон AKG C12. Ну, а что касается процесса, то он оказался довольно трудоемким. К примеру, нужно было спеть много треков в припевах, а так как запись велась на аналоговую ленту, а не в компьютер, и основной вокал был пропет насквозь без копирования припевов (а они повторяются в песне четыре раза с изменением инструментальной фактуры и тональности), то и бэк-вокалы нужно было петь каждый раз заново, да еще и следить за тем, чтобы все моменты артикуляции и интонации совпадали с сольным вокалом.

Здесь, как и в ситуации со струнниками, в день, когда мы записывали мужской вокал, запись прошла удачнее, и дело двигалось быстрее. В общем, "кадры решают все"!

В итоге треки певца остались на пленке, а партии бэк-вокалистки были перенесены в Macintosh, где и прошли окончательную обработку, и при сведении ее голос звучал прямо с компьютера.

День седьмой…

В завершение, перед переходом к сведению материала, нами был записан последний из использованных в песне акустических инструментов - труба, а в качестве исполнителя на ней выступил композитор и продюсер песни Матвей Аничкин. Сначала была идея пригласить небольшой ансамбль медных духовых, но после опыта с записью струнных появилось иное решение - так как партия духовых состояла лишь из нескольких аккордов tutti, то Матвей решил вспомнить былые навыки (он окончил музыкальное училище по классу трубы), и сыграл несколько треков методом наложения, а затем в компьютере нужные аккорды были расставлены по своим местам.

Дни восьмой, девятый, десятый…

Теперь, после того, как все треки записаны и собраны, начинается великое чудо - сведение! Но дело это настолько творческое и тонкое, что описывать его в деталях почти не представляется возможным, можно только перечислить приборы, которые применялись в создании песни, а также рассказать о некоторых проблемах и их решениях, возникавших в процессе сведения.

Как я уже писала, на сведении треки шли одновременно с ленты (на ней остался основной вокал Арианы, мужской бэк-вокал, почти все партии гитар и бас-гитара), с системы Pro Tools 5.1 (оттуда звучали акустические скрипки, труба, оставшиеся гитары и женский бэк-вокал) и с PC, на котором были все MIDI-партии.

Синхронизация работы всех этих приборов происходила с помощью прибора Digidesign USD (Universal Slave Driver). Также использовался еще один компьютер, который управлял VCA-автоматикой на микшерном пульте. Что касается MIDI, то звуки были взяты с семплеров Kurzweil 2500, AKAI 5000 и AKAI 6000.

Армию компрессоров представляли следующие модели: TUBE-TECH CL 2A (стерео), два dbx 566 (стерео), Digilab Curator (стерео) и Summit Audio MPC-100A (моно).

В качестве ревербераторов использовались такие приборы, как Lexicon PCM81 и 480L, t.c.electronic System 6000, t.c.electronic M3000. Для дополнительных обработок применялся SPL De-Esser и t.c.electronic TC 2290, который по праву считается одним из лучших процессоров задержки.

При использовании вышеперечисленных приборов мы испытывали некоторое неудобство, связанное с конструкцией микшерных пультов, а конкретно, с архитектурой in-line, когда ячейки каналов расположены одна над другой. В пульте AMEK Angela II именно такая архитектура - в нем есть восемь AUX-посылов, но каждый из них можно применять только для одной из двух ячеек микшера. Поэтому при распределении дорожек на пульте приходилось учитывать невозможность одновременного использования одного и того же прибора для звуков, сигналы которых шли с каналов пульта, стоящих друг над другом.

Также нужно упомянуть об используемых акустических системах.

Мониторами ближнего поля были Yamaha NS-10 с усилителем BRISTON 3B ST и TANNOY REVEAL с усилителем CARVER PM 125. А в дальнем поле работали мониторы QUESTED 410 и усилитель CROWN Studio Reference I.

Как обычно в такого рода музыке, сведение началось с отстройки ритм-секции, на которую потом накладывались все остальные инструменты и голоса. Причем к звуку акустической бас-гитары, партию которой басист почти всю сыграл приемом Slap, для эффекта большей плотности звучания подмешивался MIDI-сигнал Moog-баса с семплера Kurzweil.

Во время сведения возникла дилемма - сохранить тембровую первозданность звуков, или дать возможность доминировать основному вокалу. Дело в том, что все записанные инструменты и голоса по отдельности звучали хорошо и качественно, но, если оставить их в неизмененном виде, то вокал Арианы мог затеряться среди всей этой красоты. Поэтому пришлось идти на жертвы и специально менять частотную характеристику сигналов, чтобы фонограмма не мешала основному голосу.

Но в итоге все сложности были преодолены, и после мастеринга на t.c.electronic System 6000 фонограмму перевели в формат стерео 24 бит в PC.

Таким образом, процесс записи одной песни занял целых десять дней! Да, на чемпионате мира по футболу даже к песням отношение особо ответственное…