"Я давно хотел записать джазовый альбом..."
Беседа с Андреем Макаревичем
Анатолий Вейценфельд: Этот альбом - уже шестой, записанный не с "Машиной Времени"?
Андрей Макаревич: Кажется, да.
И первый такой - чисто акустический?
Ну нет. Во-первых, было два альбома в характере авторской песни, то есть гитарных, с какими-то очень небольшими добавлениями акустических инструментов. Был альбом "Песни, которые я люблю", но я его даже не считаю, потому что там просто гитара… И записывалось все достаточно традиционно.
Потом был альбом с "Папоротником", который я хотел сделать по звуку приблизительно таким, что я сделал сейчас, но тогда это удалось не в полной мере. Тогда мы поставили на сцене студии "Полифон" аппарат, встали так, как мы играем на концерте, и сыграли. И записали, кстати, очень неудачно, потому что писалось все это на ADAT, вообще странная история - сейчас уже никто на эти кассеты не пишет. Контрабас записался с искажениями, и голос записался плохо. Исправлять ничего по дорожкам уже не хотелось… В общем, я пошел в студию к Кальянову, и, благодаря его таланту и хорошим приборам типа Focusrite, частично это все было спасено.
Очень интересно: записываешь альбом, и тебе кажется, что это звучит именно так, как ты мечтал. После этого не слушаешь его года два, потом ставишь диск и думаешь: "Боже, какой ужас!" Критерии звука изменились! Эстетика звука меняется очень плавно, но каждый день, и нам незаметно, как это происходит. А потом оказывается, что все ушло очень далеко вперед.
Мне захотелось повторить опыт с "Папоротником", ведь я знал, как ребята играют. В первую очередь, я искал студию с "живым" роялем. Оказалось, что их очень немного у нас в Москве. В студии театра Содружества актеров Таганки я впервые оказался, когда помогал Галанину записывать его "трибьютовый" альбом, а до этого там записывался Женя Моргулис. И, в общем, мне понравился звук его альбома, и то, что он мне рассказывал о ребятах, которые там работают. Для меня очень важна атмосфера… Я видел, что ребята работают спокойно: вроде и не спешат, но у них и секунда не пролетает даром. И самый важный для меня критерий - это когда при первичной записи материала люди ничего не крутят, не изобретают. Потом я слушаю материал и думаю: "Так тут и править ничего не надо по звуку".
Наибольшая сложность заключалась в том, что нам при записи надо было располагаться так, чтобы мы друг друга видели, а не только слышали. Потому что многие вещи играются "по глазам", и еще потому, что мы не так много репетировали. В этой студии очень сложно выстроить такую "геометрию", чтобы друг друга видеть. При этом важно, чтобы все-таки было как можно меньше проникновения по звуку. Поэтому барабанщик у нас сидел в отдельной комнатке за стеклом. В другой комнате за стеклом стоял рояль. Там же, через перегородочку низенькую, сидели аккордеонист и скрипач, а в комнате, где пульт, стоял контрабасист, и недалеко от него располагался я, который пел "черновой" вокал - единственное, что надо было потом переписывать. И мы все видели друг друга, хотя, конечно, мы все были в наушниках.
Поскольку ребята играли хорошо, я заводился и пел очень громко, поэтому голос пролезал в микрофон контрабаса. Из-за этого часть партий контрабаса потом пришлось переписать. Это единственное, что было переписано. Также могу с гордостью за музыкантов сказать, что ничего не двигалось, не подставлялось и не подравнивалось. В этой студии стоит очень хороший старый заказной пульт Siemens, который был куплен из концертного зала "Россия".
Да, был там такой когда-то. Так вот он, оказывается, куда девался... Этот Siemens начала семидесятых, он, между прочим, спроектирован не кем-нибудь, а самим Рупертом Нивом.
Там ламповые предусилители, и у него настолько теплый звук, вот просто для этой музыки. И, несмотря на то, что потом все шло в Pro Tools, было полное ощущение, что записано на широкую пленку.
А писали все-таки прямо в Pro Tools?
Да. И единственная была потом задача при сведении - это сохранить динамику. Потому что динамика получилась очень хорошая и, конечно, чуть-чуть она на мастеринге "съелась", но минимально.
А мастеринг где делался?
Там же, в студии, и я просил не угробить звук. Если бы можно было не делать мастеринг вообще! Но надо уровень поднимать, а поднимаешь уровни - начинаются искажения. Андрей Старков, который записывал альбом, мне очень понравился как звукорежиссер. Я посидел на сведении трех песен, и потом понял, что я просто ему не нужен. Он мне каждый вечер передавал диск с новой песней, я ночью слушал, утром ему звонил и говорил: "Знаешь, хорошо!" Или: "Вот, знаешь, я бы чуть-чуть добавил этого..." И к вечеру было готово новое сведение.
То есть, пересведений особых не было?
Пожалуй, в некоторых песнях было по два-три пересведения. После паузы - дня три не слушали, чтобы мелочи на свежую голову обнаружить. Потом давали Моргулису послушать - он вообще такой "критичный товарищ"... Кое-где ему не понравился голос. Значит, немножко поработали с голосом, "утеплили" его чуть-чуть. Обработка была самая простая.
Я обратил внимание, что голос очень близкий.
Да, голос близкий - я хотел сохранить такую эстетику "живой" игры в небольшой комнате.
А наложений много делалось?
Нет, не делали вообще. Пожалуй, только трубач Саша Дитковский сыграл два соло наложением.
Впечатление такое, что там несколько гитар. Они не накладывались одна на другую?
Нет, там одна гитара. Там везде одна гитара.
А что-то такое типа мандолины - это что?
Это скрипач Саша Антонов, который играет pizzicato. И банджо - это тоже скрипка.
Да, я услышал, что это - не настоящее банджо, а имитация, но не понял, на чем.
Мало того, соло электрогитары в песне "Тем, кто ушел" - это тоже скрипка!
Очень стильный сольный "запил" под Хендрикса. Неужели это скрипка?!
Да, это электроскрипка. Он очень здорово владеет эффектами. Он их включает сразу на записи, и уже по-другому играет, то есть это не последующая обработка. У него какой-то мультипроцессор гитарный, переделанный под скрипку умельцами.
А вот в последней или предпоследней вещи звучит что-то типа струнного квартета - скрипки, контрабас в высоком регистре изображает виолончель…
Вот тут сделали наложение. Накладывали скрипку два раза: двузвучиями и еще раз двузвучиями.
Я обратил внимание, что все вещи в альбоме жанрово определенные...
Абсолютно.
Рэгги, вальс, фокстрот, что-то типа марша, джазовая баллада… Хотя, например, есть вещи ближе к привычной бардовской, авторской песне, с традиционными гитарными переборами…
Ну, видите ли, вальс - это не жанр, да? Вальс - это ритмическая основа. Это не обязательно именно Штраус. Я старался не выходить из звуковой эстетики, которая образовалась на репетиции.
А еще вибрафон у вас там звучит?
Это электрический звук, это синтезатор.
Записано наложением?
Нет, пианист сразу играл. Синтезатор стоял на рояле сверху.
То есть, получается, чистоту акустического жанра полностью сохранить не удалось?
На самом деле, я совершенно не сноб. Все догадываются, что это электрический вибрафон. Ну, конечно, можно было потратить еще, скажем, пять дней, найти хорошего вибрафониста, но принципиально это звуковую картину не изменило.
И по-моему, там еще орган в каком-то месте звучит?
Есть одна маленькая "подкладка", скорее даже фис-гармониевый звук. Но, поскольку он играет в унисон с аккордеоном, получается все равно абсолютно "живое" звучание - вот эти биения, и то, что все живые инструменты все равно чуть-чуть между собой не строят, как ты не верти, - это и дает вот этот вибрирующий звук, который меня очень греет.
Концепция близкого звучания практически всех инструментов была выбрана принципиально? Контрабас очень близко стоит, отчетливее всех. Отлично передан его тембр, чего непросто добиться и что редко встретишь…
Мне показалось, что, если у нас задача - показать живую музыку, то не надо фокусов с обработкой. Это может эклектично очень получиться.
Эстетика была выбрана этакого маленького кафе-шантанчика...
Да-да, то есть той обстановки, в которой такая музыка и должна звучать. Это мною поставленная задача. Я люблю, когда вообще для альбома, независимо от того, в каком он жанре сделан, найдена звуковая картинка. И если в ней все записано как единое произведение, это объединяет вещи - хотя, если прислушаться, там пространство немножко разное в каждой песне.
К вопросу о постановке задач. Саунд-продюсером альбома Вы сами выступали? На буклете к диску это не указано...
Мы со Старковым работали очень спаренно.
Но он - звукорежиссер, а продюсерская работа?
Я ему говорю: "Значит, так - мне нужен голос мой". Он просит: "Ну, покажи какой". Я ему принес Криса Ри и еще какого-то американца с акустической гитарой - то ли кантри, то ли блюз… Он сказал: "Я понял". И стал предлагать какие-то вещи, какие-то решения. Он очень долго искал коротенькую-коротенькую задержку вкупе с объемом комнаты. И, когда он это нашел, оказалось, что по тембру голос и не надо рулить особенно.
А вот почему голос Алены Свиридовой так "нейтрализован", или деиндивидуализирован? То есть это - просто некий абстрактный женский голос...
Ну, не знаю, мне кажется, что она очень узнаваема, слышно, что это она.
И ее голос очень далеко поставлен, особенно рядом с Вашим. Это специально?
Нам показалось, что это так должно звучать на картинке.
Я сравнивал этот дуэт с Вашим дуэтом с Таней Литвиненко в альбоме "Времянапрокат"…
Ну, скажем, у "Би-2" с "Чичериной" то же самое: Чичерина задвинута чуть дальше, чем он, вот они и сливаются как раз.
Я, увы, слабо знаком с творчеством данных исполнителей. А вот еще момент: электрогитара, которая, как мы теперь выяснили, оказалась скрипкой, очень "ходит" здорово по стереопанораме из канала в канал…
Ну, это нам хотелось "психоделики" нагнать, раз уж песня про семидесятые годы-то…
Эта вещь несколько выбивается из декларированной акустичности альбома?
Да.
И, кстати, в конце там шокирующий, наверное, людей эффект, когда в левом канале идет какой-то "виниловый" треск, а справа - такой задавленный, зарезанный звук электрогитары…
Старая пластинка такая...
В первый момент я просто испугался…
...Как будто сломалось что-то?
Да, как будто что-то вырубилось в аппаратуре… Но потом я вспомнил, что на альбоме "Времянапрокат" тоже виниловый треск использовался, только он там по центру стоял.
А до этого у Pink Floyd такое было, и вообще, не мы все это придумали, конечно. Нам какого-то шока хотелось в финале, чтобы песня не заканчивалась сладко.
В целом в этом проекте все музыканты очень сильно себя показали, это исполнители высокого класса. Я отметил, что они достаточно свободны, в общем-то, в своих партиях…
Абсолютно.
И все при этом хорошо понимают себя в общей партитуре, как говорится, "каждый солдат знает свой маневр". Без выпячивания себя, без сольничания не по делу…
Я встречался с джазовыми людьми, которые достаточно снобистски настроены по отношению к песне, к тексту, к авторской песне… А здесь люди, прежде всего, очень внимательно слушали слова, а потом решали, что играть. И, как только я это увидел, я понял, что будет хорошо. Никто на себя одеяло не тянет. Они понимают, про что песня.
Пианист производит впечатление человека, который имеет большой опыт аккомпанирования в джазовом характере.
Женя Борец - вообще уникальный! Я не знаю, кто сейчас так владеет фортепиано.
Он так четко вписывался во все паузы… Не мешал голосу, и "подпирал" его очень хорошо.
И солирует при этом так, что… Мы сейчас играем концерты, и каждый концерт играется абсолютно по-разному.
Вы там специально оставили рабочие реплики?
Естественно, ничего случайного в альбоме нет.
В том числе, так сказать, и некое ненормативное восклицание…
А потому, что это наиболее точное определение того ощущения, которое было в тот момент…
И еще политкорректно вставлено такое "би-ип"…
Конечно.
Надо написать на обложке что-нибудь вроде "Детям до 16-ти…"
Ничего, дети это все знают лучше нас. Не, ну, живье - так живье. Была хорошая атмосфера на записи, мне жалко было ее стирать.
Некоторые вещи вызывают реминисценции с известными советскими вещами 50-х годов. Вот, например, "Песенка о счастье" мне почему-то напомнила песню "Поцелуев мост", кажется, так она называется, - Утесов ее когда-то пел…
Ну, а первая песня - это что-то бернесовское такое... Дело в том, что, когда ты маленький, ты все впитываешь, как губка. А потом хорошее остается, и, наверное, потихоньку начинает из тебя вылезать против твоей воли и желания. Я очень не любил советскую эстраду, и не люблю ее. Тем ценнее и ярче были на ней вот те редкие люди, которые были настоящие.
Или вот, окуджавовская песня решена совершенно в неожиданном для этого источника ключе, и мне она почему-то напомнила что-то вроде Джанго Рейнхардта. Такой быстрый энергичный свинг...
Может быть. Но мне кажется, что такое настроение в этой песне есть. Дело в том, что Булат Шалвович очень просто играл на гитаре. Когда мы с Митяевым приехали к нему однажды в гости, он говорит: "Ну, спойте, чего новенького у вас есть." Мы стали петь. Он сказал: "Как же вы, молодые, все насобачились на гитарах играть!" К сожалению, он этой аранжировки не слышал, но мне кажется, что ему бы понравилось.
В начале этой песни, во вступлении, мне показалась цитата из "Кабаре"?
Ну, знаешь, очень много можно найти ассоциаций в этой музыке... Нет, сознательно это не было так.
То есть, не было цели, так сказать, сыграть в "Угадаечку" некую?
Нет, нет, нет! Упаси Бог! Точно так же, как песня "Вот и все" напоминает сразу несколько шлягеров 50-х годов...
...Мне она напомнила "Не грусти, не печалься о встрече...".
Возможно. Но все это абсолютно не с целью что-то напомнить, и тем более не с желанием что-то украсть.
Альбом вокально достаточно просто решен, но вот в последней вещи мелодия начинается очень низко и очень близко...
Она по тесситуре такая. Я далеко не универсальный певец, и мне нужно было добиться того, чтобы и нижние ноты были, и верхние ноты были, и я долго искал тональность.
Вы началом в очень низком регистре добивались какого-то эффекта звукового?
Нет, никакого эффекта в принципе. Эта песенка писалась в свое время для кукольного спектакля Резо Габриадзе, и там была такая "Песня ангела". Ее спела Ира Богушевская, но гораздо лучше, чем я.
А на какую аудиторию рассчитан альбом?
Я не рассчитываю на аудиторию. Вообще никогда. Я считаю, что, если это нравится мне, - ну, найдется же еще несколько тысяч человек, которым это тоже понравится. Пока я не ошибался.
То есть никакого такого рыночного просчитывания не было?
Не умею я это, и не люблю.
Я прочитал в пресс-релизе, что Вам "приходится заниматься раскруткой"… И мне еще показалось, что текст в комментариях, характерный для нашего поколения, - такое критическое отношение ко всем современным реалиям шоу-бизнеса.
Мне не все нравится. Мне никогда все не нравилось. Я считаю это нормальным. Я вообще критически отношусь к той "поляне", на которой что-то делаю.
Это заметно. А стояла ли задача - как бы сказать всем или показать: "Вот что и как надо делать!"?
Не надо никому указывать, что надо делать. Все равно каждый сам для себя решает. Просто ухо настолько соскучилось, - мое, во всяком случае, - по теплому живому звуку, по живой игре, без всех этих "расчесок", компьютеров, лупов... Без "консервов".
Это очень вовремя, потому что, действительно, все устали - и от стандартных тембров, и от стандартной фактуры …
Это ведь конструктор "Лего" уже! Можно собрать все, что хочешь.
Я думаю, что этот альбом очень своевременный - в нем слышно дыхание не только голоса, но и всех инструментов, слышно смычок, слышно струну…
Ну, слава Богу, если это получилось!
Потому что, действительно, наше время такое механистическое, компьютеризированное. И все реже и реже доводится услышать настоящую музыку. А многие молодые вообще живую музыку уже вообще не слышали…
Разные молодые есть. Вот молодые, пожалуйста... (показывает на сидящих неподалеку музыкантов "Оркестра креольского танго").
Я все-таки имею в виду не профессиональных музыкантов, а вот то поколение, которое сейчас во многом обездолено по части живого звучания…
Я не умею мыслить категориями поколений. Любое поколение все равно из очень разных людей состоит. Я знаю, что, если бы мой отец был жив, ему бы очень понравилось.
Кстати, концерты вы играете вот в этом составе?
Да.
Пользуются большой популярностью?
Донимают бешено. Многие приходят, кстати, не всегда зная, на что. Но с третьей песни проникаются… Дело в том, что, когда настоящее, то прошибает любого человека.
Публика не требует чего-нибудь привычного из "Машины"?
Нет, слава Богу!
То есть люди поняли, что это совершенно другое, другая ипостась Макаревича?
Да. И это замечательно.
И что-нибудь еще в таком же роде сделать есть мысли?
Да, я с удовольствием продолжу эту затею. Просто должен материал написаться, и, на самом деле, ребята умеют гораздо больше, чем на пластинке показано, так что повторять ее мы не будем.
Кстати, классное соло трубы у Дитковского, просто каждую ноту можно записать и изучать. И по строению фразы, и по тембру, и по звукоизвлечению. Сурдина очень по делу. Видно, что человек знает в джазе все, что надо. Там всего несколько тактов, но он показал свой класс. И ему не надо играть двадцать минут для этого.
Абсолютно. Так же, как и контрабас, и барабаны…
Ударные - отдельная тема. Практически весь альбом на щетках! Щетками ведь почти никто не играет уже, современные ударники этого просто не умеют! И звукорежиссер их записал очень правильно, "в характере". Сразу напомнил трио Гарднера - эталон звучания щеток.
Конечно. Я вообще давно хотел записать джазовый альбом. Я традиционный джаз очень люблю, да все не хватало времени научиться играть...
Кстати, я помню, что был очень удивлен, встретив Вас на концерте Збигнева Намысловского - кажется, это был год 76-й или 77-й...
Было дело... И не только Намысловский. А что такого?
"Машина времени" уже была довольно популярной, но Макаревич на джазовом концерте - это тогда казалось... хм, странным. Но вернемся к этому альбому - это ведь все-таки не есть настоящий, чистый джаз?
Конечно, нет. Если я стану петь с биг-бендом под Тони Беннета, то это будет эклектично.
Хотя сейчас-то как раз биг-бенд - не проблема. Я сразу вспомнил, как Лада Дэнс и Авраам Руссо нанимали оркестр Лундстрема...А что? На сцене куча "меди", одних саксофонов пять штук - выглядит внушительно, респектабельно...
Да уж...
Под конец еще раз выскажу свое мнение: этот альбом, и весь проект с концертами "Оркестра креольского танго" - очень своевременный и нужный.
Я рад, что мы совпадаем во мнениях!
Спасибо! Будем ждать еще чего-нибудь новенького!
Редакция выражает признательность пресс-атташе компании Real Records Светлане Гудеж за содействие в подготовке материала.
«625»
«Звукорежиссер»
«ТТК»
